Летом 1980 года в маленькой деревне Панчбоул, затерянной прямо в демилитаризованной зоне, всё шло своим привычным чередом. Люди вставали с рассветом, работали на полях, лечили скотину, иногда перебрасывались парой слов через колючую проволоку с теми, кто жил по ту сторону. Война давно закончилась, но её следы никуда не делись. А посреди этой тихой, настороженной жизни вдруг появился он.
Военный врач Ким До Джин в то лето оказался в Панчбоуле почти случайно. Его направили сюда на несколько месяцев, чтобы вести приём в крошечной медпункте. Местные жители сначала смотрели на него с недоверием - чужак в форме, да ещё и с материка. Но он быстро стал своим. Лечил детей от летней жары и желудочных колик, зашивал раны после неосторожной работы с инструментами, иногда просто сидел с пожилыми людьми и слушал их рассказы. Ким До Джин вообще умел слушать. Это качество в тех краях ценилось больше любых лекарств.
А потом, в одну из душных августовских ночей, небо над деревней разорвал странный гул. Сначала подумали, что это очередной военный самолёт или артиллерийская пристрелка где-то далеко. Но звук приближался, становился ниже, тяжелее. А потом с оглушительным грохотом что-то огромное рухнуло на рисовое поле за околицей. Земля задрожала так, что посуда попадала с полок, а собаки выли без остановки до самого утра.
Наутро жители, собравшись с духом, пошли смотреть. Ким До Джин тоже пошёл - как врач, как человек, который обязан понять, есть ли раненые. То, что они увидели, не укладывалось в голове. Посреди выжженного круга лежал гигантский металлический человек. Нет, не человек. Существо. Робот. Его тело было выше самого высокого дома в деревне, покрыто странным сплавом, который не блестел, а будто поглощал свет. Одна из рук была неестественно вывернута, из нескольких швов медленно вытекала густая серебристая жидкость. Он не двигался. Но все чувствовали - он живой.
С того дня жизнь в Панчбоуле изменилась навсегда. Кто-то боялся и предлагал немедленно сообщить военным. Кто-то молчал, просто приходил по ночам и смотрел издали. Дети бегали ближе всех - им казалось, что это великан из сказок, который притворился спящим. Ким До Джин приходил каждый день. Сидел рядом, осматривал повреждения, пытался понять, чем можно помочь. Он не знал, как устроен этот организм, но видел: раны на металле медленно затягиваются сами. Словно тело лечило себя, только очень медленно.
Деревня постепенно привыкла к новому соседу. Женщины стали приносить к подножию робота еду - рис, кимчи, иногда даже свежие фрукты, хотя никто не знал, нужно ли это. Старики рассказывали ему истории о войне, о потерянных семьях, о том, как раньше здесь текла одна река, а теперь её разделили пополам. Ким До Джин иногда переводил эти рассказы вслух, хотя и не был уверен, что робот понимает человеческий язык. Но ему казалось, что понимает. По крайней мере, когда кто-то плакал, огромная голова чуть наклонялась - совсем немного, почти незаметно.
Прошло несколько недель. Металлический гость начал понемногу шевелиться. Сначала дрогнули пальцы, потом медленно поднялась рука. Дети закричали от восторга, взрослые замерли. Ким До Джин стоял ближе всех и смотрел прямо в лицо существа. Там, где должны были быть глаза, светились два мягких голубых огонька. Не яркие, не угрожающие. Спокойные.
Никто в Панчбоуле так и не узнал, откуда он прилетел и зачем. Может, потерпел крушение случайно. Может, искал чего-то. Но за те несколько месяцев, пока он был с ними, деревня перестала чувствовать себя забытой и отрезанной от мира. Потому что рядом с ними жил кто-то ещё более чужой, чем они сами друг для друга. И этот чужак их не боялся. А они, в конце концов, перестали бояться его.
Когда однажды ночью он поднялся во весь рост, жители собрались в поле и просто смотрели. Робот постоял несколько минут, словно прощаясь. Потом медленно повернулся и пошёл на север, туда, где начиналась запретная полоса. Никто не пытался его остановить. Ким До Джин лишь поднял руку - обычный человеческий жест. Огромная фигура на мгновение замерла, будто ответила. А потом растворилась в предрассветном тумане.
После этого Панчбоул ещё долго жил воспоминаниями о том лете. Люди стали чуть добрее друг к другу. Ким До Джин остался в деревне ещё на год, хотя приказ о переводе давно пришёл. Он говорил, что просто хочет доделать начатое. Но все понимали: он ждал. На случай, если однажды ночью снова раздастся низкий гул в небе.
Читать далее...
Всего отзывов
9